В Кабинетном в сельской библиотеке хранится богатый материал по истории

 «В Сибири не было войны, но бесконечны павших списки»… Такие списки есть и в каждом чулымском селе. Более того, даже сегодня, спустя более 75 лет после окончания войны, эти списки уточняются, пополняются новыми фамилиями, а сама история наших сёл — новыми фактами фронтовых биографий солдат. В Кабинетном в сельской библиотеке хранится богатый материал по истории как местного сельсовета, так и всего района.

— Я считаю, что у нас собрано достаточно информации, чтобы можно было успешно принимать участие в различных проектах. Большую работу мы провели по «Книге памяти», — рассказывает библиотекарь Людмила Московская. — Кто погиб, кто вернулся с победой, кто пропал без вести — всех сверили со списками на нашем памятнике, всех отметили. Теперь у нас только 152 подтвержденных человека, вернувшихся с войны. А ведь были еще и приезжие, которые призывались не Чулымским РВК, а другими военными комиссариатами, они не вошли в эту «Книгу памяти». Поэтому горюем, что сейчас в районе военкомата нет, сложнее стало работать. Раньше Галина Прокопьевна Шалонько смогла добыть богатейший материал по линии военкомата, информацию о тех, про кого мы даже не знали. Этими данными мы активно пользовались. А видели бы вы, с каким интересом работают с этой информацией дети! Когда рассказываешь им, сколько у нас людей погибло, где похоронены, они слушают, затаив дыхание. Кто-то в последние дни войны погиб в Германии. Есть у нас земляк, который похоронен на Мамаевом Кургане.

Кабинетное — удивительное место. По сей день живут здесь потомки депортированных в годы войны немцев. Это  отдельная история, отдельная трагедия народности внутри большой, общей для всего народа. И много других историй переплетено затейливо и замысловато.

— Для меня, как и для всех остальных, очень важна история моей семьи. Взять хотя бы такой эпизод. На адрес нашего сельсовета пришло письмо, мне переслали копию. Когда я стала читать, оказалось, что в письме речь идет о родном брате моего деда. Когда-то в районной газете писали о раскулаченной семье Пыко из Базово. Это мой прадед. Дед женился на дочке батрака и жил отдельно от семьи. До войны деда моего не тронули, не раскулачивали, хотя в 1939 году и арестовывали, после отпустили. Он потом говорил, что пули для него не успели отлить. А его брата арестовали и расстреляли  ни за что. Письмо написано внучкой этого расстрелянного дедова брата, она получила информацию по запросу и хотела дополнить биографию своего предка недостающими деталями.

Похожих историй в Кабинетном множество. Важно успеть, собрать как можно больше информации, пока есть в живых тот, кто может поведать что-то ценное. Важный источник информации — районная газета, материалы из которой сканируются, подшиваются и обязательно используются. Сейчас много информации можно найти в электронном виде, но бумажные носители сами по себе представляют ценность — к ним можно прикоснуться, их можно осязать, листать пожелтевшие страницы.

Дети, молодежь в Кабинетном очень живо интересуется историей своих семей, своего края. Большой объем информации хранится в Комнате боевой славы в интернате, здесь же  портреты для участия в шествии «Бессмертного полка». Все верят, что карантин рано или поздно закончится и жизнь войдет в прежнее русло.

Любой краевед знает, что информация, получаемая из разных источников, часто носит субъективный характер. Во-первых, многое забывается с течением времени, во-вторых, увиденное зависит от смотрящего, его личной позиции.

— О, у нас тут споры бывают горячие, — говорит Людмила Николаевна. — Даже, для примера, происхождение местных названий. Вот Секты. Одни говорят, что название произошло от слов «секта», «сектанты». А ведь с 17-го века упоминаются Секты. Какие тогда были секты? Поэтому, скорее всего, название произошло от другого, возможно, тюркского слова. Еще один повод для споров  годы войны. Откуда-то взялась информация о том, что в годы войны в Кабинетном был завод по производству прожекторов. Так вот, в начале 80-х, когда я уже работала здесь, в библиотеке, к нам ходили женщины, которым в годы войны было лет по двадцать. Анна Петровна, Наталья Харитоновна — обе грамотные, умницы большие. Ни одна из них ни разу не упомянула этот завод. Совхоз № 214 — это да, вспоминали, и не раз. Опять же, одни говорят, не было такого совхоза, а Анна Артемовна уверяла, что у нее муж там работал. Вот и история края. У каждого она своя и на всех  одна.

Елена КРОХТА, фото Ларисы РОЩИНОЙ