Когда б не зной, да пыль…

Жара актуальна не только для нас. Многие классики красочно и выразительно описывали такие знойные дни, как в нынешнем июне, каждый со своим отношением к подобной погоде и с использованием собственных выразительных средств. А вам чья точка зрения ближе?

«Ох, лето красное! Любил бы я тебя,

Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи» — Александр Пушкин, «Осень».

«Солнце жгло по-вчерашнему, воздух был неподвижен и уныл. Вдали над горизонтом, где степь сливалась с небом, дрожало прозрачное марево, и казалось, что там, в этой синеве, течёт какаято невидимая жизнь, полная зноя и тишины», — Антон Чехов, «Степь».

«Солнце — не огнистое, не раскалённое, как во время знойной засухи, но светлое и приветно лучезарное — мирно всплывает под узкой и длинной тучкой…» — Иван Тургенев, «Бежин луг».

«Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток; поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето…» — Рэй Брэдбери, «Вино из одуванчиков».

«Летом ночуешь на раскладушке на задней веранде, затянутой сеткой от москитов, или даже пробуешь спать в домике на платане; летом столько вкусного в саду, и всё вокруг под жарким солнцем горит тысячами ярких красок…» — Харпер Ли, «Убить пересмешника».

«Как томительно жарки те часы, когда полдень блещет в тишине и зное… голубой океан, сладострастным куполом нагнувшийся над землею, кажется, заснул…» — Николай Гоголь, «Вечера на хуторе близ Диканьки».

«Жара была поистине африканской: свирепая тирания солнца, стоило лишь оторваться от кромки синей, цвета индиго, прохлады, была до того неумолимой, что сама мысль о необходимости даже в одной пижаме пройти несколько шагов от пляжа к обеденному столу вызывала вздох» — Томас Манн, «Марио и фокусник».

«В самый разгар лета, когда солнце жжёт так, что даже камни кажутся горячими, вдруг натыкаешься на прохладный ключ…» — Константин Паустовский, «Мещёрская сторона».

«В тот час, когда уж, кажется, и сил не было дышать, когда солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо, — никто не пришел под липы, никто не сел на скамейку, пуста была аллея.

— Дайте нарзану, — попросил Берлиоз.

— Нарзану нету, — ответила женщина в будочке и почему-то обиделась.

— Пиво есть? — сиплым голосом осведомился Бездомный.

— Пиво привезут к вечеру, — ответила женщина.

— А что есть? — спросил Берлиоз.

— Абрикосовая, только теплая, — сказала женщина.

— Ну, давайте, давайте, давайте!..» — Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита».