Екатерина Колесникова: «Тридцать лет с гитарой и учениками»

Чулымская земля полна талантов в самых разных сферах. И людей, которые по настоящему «горят» своим делом, у нас немало. Екатерина КОЛЕСНИКОВА, педагог детской музыкальной школы — одна из них. Как она сама говорит, жизнь у нее сложилась, как в одной мудрой фразе: «Выбери дело, которое любишь, и тебе не придется работать ни дня в своей жизни». И в этом мы убедились, пообщавшись с ней.

— Екатерина Вячеславовна, расскажите, пожалуйста, как начался ваш путь в музыке?

— Мой путь начался в 1977 году, когда я поступила в чулымскую детскую музыкальную школу — мы с семьёй переехали сюда в 1976-м. Училась я семь лет, что было дольше обычного срока. Моим преподавателем, а потом и директором была Людмила Яковлевна Васильева — прекрасный человек. Я занималась на народном отделении. Обычно на этом направлении учатся пять лет.

После школы я поступила в музыкальное училище. Правда, потом его бросила. Но когда мне предложили работу в музыкальной школе, здесь, в Чулыме, я снова пошла учиться. Основным инструментом стал аккордеон, по нему я и получала образование. Было непросто. Мне пришлось совмещать работу здесь и учебу в Новосибирске. В музыкальном училище нет заочного отделения. У меня там были прекрасные преподаватели, пошли мне навстречу и разрешили учиться по гибкому графику. Я составляла себе рабочее расписание и учебное, чтобы удобно было все совмещать и успевать.

— А как вы пришли к гитаре? Ведь сначала был аккордеон.

— Гитара всегда была моей страстью. Но в то время, когда я поступала в музыкальную школу в Чулыме, гитара считалась хулиганским инструментом. То есть предполагалось, что это либо «цыганщина», либо дворовые песни, которые горланят на улице. А то, чем я сейчас занимаюсь, называется классическая гитара. Её ещё не было тогда. Она так распространена не была. Интересный факт: Московская консерватория — самое высшее заведение музыкального образования у нас в России, не признают классическую гитару. У них вообще никакой гитары нет. Для них это будто неполноценный инструмент. Вот представьте, настолько наш инструмент сам себе пробивает дорогу.

Сюда я приехала преподавать именно аккордеон. Гитара меня увлекала со школы, я слушала бардовские песни. И мне повезло: в училище на тот момент у нас была классическая гитара. Я ходила к ребятам, и они меня научили играть. Играть на гитаре мне очень нравилось.

И уже здесь, в музыкальной школе мне предложили открыть класс гитары на условиях самоокупаемости. Я разработала программу, и мы на два года приняли старшеклассников. Это как раз был переходный период, когда Советский Союз распался и началась новая экономическая политика. И со временем у нас открылся класс гитары уже на государственной основе. Дети получают полноценное музыкальное образование по классу классической гитары наравне с вокалом, фортепиано и прочими инструментами.

Кстати, в этом году классу классической гитары исполняется ровно тридцать лет.

— Почему классическая гитара считается сложным инструментом?

— Классическая гитара — это, правда, самый сложный инструмент. Многие ребята «спотыкаются», они приходят и думают, что мы сейчас будем играть что-то народное, аккорды какие-то, песни современные. Но все-таки у нас направление классической гитары. Мы по нотам изучаем произведения. Это очень сложно, потому что при том, что на гитаре аккорды играть очень легко, но какую-то мелодию, да еще с заполнениями, с ритмом — уже сложно. И поэтому, конечно, все «зубы ломают» и время от времени бросают. Вот у меня девочка недавно бросила. Не хватает ни сил, ни желания, ни усидчивости.

Если хочется просто аккорды учить — это доступно: кружки в Доме творчества и в молодежном центре. А у нас дети получают образование. Сдают экзамены, в конце получают сертификат — это всё по настоящему, как и в школе, дети учатся. Здесь мы музыку и инструмент изучаем со всех сторон. Одних аккордов мало, если хочешь стать музыкантом, а не просто научиться играть.

За тридцать лет работы я выпустила больше ста выпускников. Это те, кто не сдался и окончил, а если считать тех, кто начинал, но потом ушел — наверное, еще столько же будет.

— Расскажите о самых ярких моментах вашей педагогической практики.

— Одно из самых запомнившихся событий — поездка нашего ансамбля в Испанию в 2011 году. Мы участвовали в международном фестивале: отбирались по видео, потом получили приглашение. Администрация выделила 100 тысяч рублей на билеты, остальное собирали родители. Мы провели там неделю: выступали, посещали культурные мероприятия: шоу фламенко, монастырь Монсеррат, шоу быков. Это был невероятный опыт! Какая там красота, природа, климат! Мы ездили где-то в конце сентября, через Москву. У нас все в куртках уже ходили, прохладно было, а туда прилетели — жара.

Тогда время такое было, весь мир был открыт друг к другу. И мы не одни такие. Из нашей музыкальной школы после нас еще два педагога ездили с ребятами за границу.

Кроме этого, наши ученики участвовали в местных фестивалях: рок-фестивале «Живой звук», областном бардовском фестивале «БАР-94». Некоторые из моих учеников выпустили сборники своих стихов и песен.

— Вы упоминали, что создаёте методические пособия. Расскажите подробнее об этой работе.

— Да, я разрабатываю программы для обучения, делаю переложения для гитарных ансамблей, снимаю клипы с учениками — добавляю эффекты, переходы, чтобы было интересно смотреть. Ещё публикую статьи в сборниках методических работ, выступаю на конференциях. Мне важно, чтобы музыка оставалась живой, доступной, а не только академической. Например, мы играем переложения Баха или Моцарта для гитары — это помогает ученикам видеть связь между классикой и современными жанрами.

— Какие вызовы вы видите в современном музыкальном образовании?

— Во-первых, снижается творческая инициатива: в музыке меньше хотят творить и больше исполнять. Первые мои ребята шли конкретно создавать рок-группы. То есть научатся игре на гитаре, и сразу у них барабаны, бас-гитара, рок-команда и свои песни. Это как образ жизни, как тот же Виктор Цой. Да, мы воспитывались на их песнях, подражали даже. Мальчишки, когда первые свои песни сочиняли, тоже им подражали. А сейчас больше идёт исполнительская культура.

Во-вторых, конкуренция с эстрадным вокалом — он сейчас очень популярен. В-третьих, это, конечно, материальные трудности: нам не хватает помещений, а хорошие инструменты стоят дорого. Например, хорошая гитара может обойтись в 60 тысяч рублей. Но администрация иногда помогает — например, выделяет средства на покупку инструментов. Сейчас мы всей музыкальной школой ждем открытия нового Дома культуры. Нам очень не хватает хорошего концертного зала, простора, не хватает хорошего звука.

— Екатерина Вячеславовна, а вообще откуда у вас такая страсть к музыке?

— Изнутри. Она всегда у меня была. Мне мама рассказывала, что когда мы приходили в детский мир, мне предлагали купить игрушку, и я всегда выбирала из всего многообразия саксофон или гармошку. Это всегда были детские инструменты. Не знаю, это просто идет изнутри. Нравится музыка, нравится петь, нравится играть, вот это всё. Творческая такая составляющая, но именно музыкальная. Я даже ходила, помню, в Дом школьника на художественный кружок с подружками. Но нет, это не моё оказалось. А музыка — вот это моё, мне нравится.

— А вы сами какую музыку слушаете, чем вдохновлятесь?

— Классику, фламенко, поп-музыку, романтику, лирику, рок-музыку. Русский рок, зарубежный рок меньше. Последнее время меня латино увлекает. Очень интересны латиноамериканские напевы, испанские. Эстрадная, я имею в виду, популярная музыка у них это называется. Урбана у них там есть. Все на испанском языке, красивая музыка звучит.

— Екатерина Вячеславовна, у таких творческих людей как вы обычно много интересов. Думаю, вы не остановились только на любви к музыке.

— Да, я люблю путешествовать. Была в Испании, на Алтае, в Крыму, Краснодаре, посетила Москву и Санкт-Петербург. Только Дальний Восток остался неизученным.

Я люблю походы. Я вообще легкая на подъем. Нужно ехать — поехали. Меня долго уговаривать не приходится. Любовь к путешествиям привили, опять же большое им спасибо, наши преподаватели первой школы. У нас географию вела Светлана Николаевна Заика. И мы с ней и на турслёты, и в походы, и по Чулымскому району. Вот она, наверное, привила любовь к походам.

Ещё увлекаюсь иностранными языками: изучаю английский и испанский. Это, опять же, из школы — мой преподаватель, классный руководитель Светлана Михайловна Салахова. Мы с ней до сих пор дружим, общаемся. Она очень в нас была заинтересована, чтобы не только знания дать, но и по-человечески — заинтересована в отношениях, чтобы в классе была дружная атмосфера. После школы я сама английский изучила. Сейчас учу испанский. Со временем еще какой-нибудь язык выучу, может быть, итальянский. Я занимаюсь в интернете, там много разных программ. В Новосибирске есть краткосрочные курсы, их тоже посещаю.

Это помогает расширять кругозор и находить новые музыкальные идеи. Например, латиноамериканские ритмы сейчас очень интересны мне как преподавателю.

— Есть ли у вас планы на будущее? Может быть, новые проекты?

— Сейчас я задумываюсь о завершении карьеры, в этом году могу пойти на заслуженный отдых. Хочется передать опыт преемникам: у нас есть талантливые ученики, которые могли бы продолжить дело. Ещё мечтаю издать учебник по гитаре на основе своих наработок — у меня накопилось много материала за 30 лет работы. И, конечно, буду продолжать поддерживать связь с выпускниками, помогать им развиваться.

Кажется, что если Екатерина Вячеславовна была бы музыкальным инструментом, то точно шестиструнной гитарой. Такая же легкая, мобильная, но в то же время очень многогранная, функциональная, способная мгновенно захватить внимание и уже не отпустить. Её нужно понять, к ней нужно прислушаться, и тогда равнодушным не останется никто.